Программа занятий литературного кружка «Творчество поэтов и писателей Ярославского края» 8 класс

Межрегиональный интернет-журнал «7×7» Новости, мнения, блоги Николай Сапелкин

  1. Воронежская область
  2. Живут же люди! Забытый поэт Александр Ярославский

Воронежская область Это личный блог. Текст мог быть написан в интересах автора или сторонних лиц. Редакция 7×7 не причастна к его созданию и может не разделять мнение автора. Регистрация блогов на 7×7 открыта для авторов различных взглядов.

Живут же люди!?

Александр Ярославский (1896-1930) вошел в историю русской поэзии как яркий представитель «биокосмизма». Певец бессмертия прожил интересную и авантюрную жизнь. Из Петроградского университета был исключен за неуспеваемость. Из армии дезертировал. За революционную деятельность во Владивостоке на целый год попал в казематы японской контрразведки. Еще два года кочевал по Сибири с отрядом анархистов.

В 1922 г. выступал в Москве со стихами и лекциями о холодовом анабиозе (крионике) всего человечества, с тем, чтобы проснуться уже в новом, совершенном мире. В Петрограде женился и издавал журнал «Бессметрие». Журнал стал популярен из-за стихов Ярославского и соответствующих иллюстраций к ним: «Семя поэтов в красивейших женщин / Нужно разбрызгать сегодня!», «…идите блудить под Петром / У застывшей, как похоть, Невы!», «Девушка, ляг на гранит – / Стань моей, между ног коня!» и т. п. Журнал был закрыт за порнографию, хотя в нем печатались и статьи по евгенике, регенерации, омоложению, об оживлении тканей умерших.

За четыре года трижды пересек страну с антирелигиозными лекциями – этим они с супругой зарабатывали на жизнь. В это время другой идеолог «биокосмизма» — Святогор организовал с епископом Пензенским Иоанникием Свободную Трудовую Церковь.

Два года Ярославский с женой провели за границей в Берлине и Париже. Выступали с лекциями на темы: «Страна, где все согласны», «Красные советские дворяне и беспартийная сволочь», «Хулиганство как стихийный протест против режима», «О красных мощах и красных угодниках» и т. п.

Вернулись в Ленинград, где он был арестован. Получил пять лет заключения на Соловках. Уклонялся от работы и слонялся по СЛОНу, за что у заключенных получил недобрую славу сексота.

Супруга стала жить в воровской среде, неоднократно арестовывалась за кражи, дважды приговаривалась к высылке. Создала «воровской уголовно-политический комитет». Сбежала из сибирской ссылки на Соловки для организации побега мужа. Побег не удался, их задержали. За попытку побега Ярославский был приговорен к высшей мере наказания и расстрелян.

Его супруга Евгения Маркон (1902-1931) по совокупности преступлений была приговорена к трем годам лагерей с отбыванием на Соловках. Покушалась на жизнь начальника лагеря. Пять месяцев, пока шло следствие по новому преступлению, выпускала рукописный листок «Газета Урканская правда», щедро нашпигованный ненормативной лексикой и уголовным жаргоном. Осуждена по статье «терроризм» и расстреляна. Ее отец Исаак Маркон пережил дочь на 18 лет. В 1926 г. он эмигрировал в Латвию, потом — в Германию. Был главным библиотекарем еврейской общины Гамбурга. С 1940 г. в Великобритании.

Был ли Ярославский секретным осведомителем, и имел ли задание по работе за границей, так и осталось нераскрытым. При жизни он издал полтора десятка книг, но они оказались забыты. О нем и о супруге есть страничка на сайте «Бессмертный барак», как о «невинных жертвах большевистского произвола» и несколько стихотворений в интернете.

Оригинал

Мы меняем регионы и вдохновляем людей на изменения. Поддержите «7×7» и независимую журналистику в России. Дата рождения: 22 августа 1891 г. Дата смерти: 10 декабря 1930 г., на 40 году жизни Образование: высшее Национальность: русский Место рождения: Томск, Томская область, Россия (ранее РСФСР) Место проживания: Москва, Россия (ранее РСФСР) Место захоронения: Соловецкий лагерь особого назначения СЛОН, «Соловки», Архангельская область, Россия (ранее РСФСР) Место предыдущего проживания: Владивосток, Приморский край, Россия (ранее РСФСР) Места проживания: Улан-Удэ (ранее Верхнеудинск), Республика Бурятия, Россия (ранее РСФСР) Лагерь: Соловецкий лагерь особого назначения СЛОН, «Соловки», Архангельская область, Россия (ранее РСФСР) Дата ареста: Приговорен: Коллегией ОГПУ от 1 октября 1928 ст.58-4 к 5 годам исправительно-трудового лагеря Приговор: к высшей мере наказания — расстрел Раздел: Писатели и поэты Ярославская-Маркон Евгения Исааковна жена

  • ФОТОКАРТОТЕКА
  • ОТ РОДНЫХ
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Если Вы располагаете дополнительными сведениями о данном человеке, сообщите нам. Мы рады будем дополнить данную страницу. Также Вы можете взять администрирование страницы и помочь нам в общем деле. Заранее спасибо.

ЕСЕНИН НА ТВЕРСКОМ

Берлин, 1927

Короткие и порой отрывочные сведения, а также ошибки в тексте — не стоит считать это нашей небрежностью или небрежностью родственников, это даже не акт неуважения к тому или иному лицу, скорее это просьба о помощи. Тема репрессий и количество жертв, а также сопутствующие темы так неохватны, понятно, что те силы и средства, которые у нас есть, не всегда могут отвечать требованиям наших читателей. Поэтому мы обращаемся к вам, если вы видите, что та или иная история требует дополнения, не проходите мимо, поделитесь своими знаниями или источниками, где вы, может быть, видели информацию об этом человеке, либо вы захотите рассказать о ком-то другом. Помните, если вы поделитесь с нами найденной информацией, мы в кратчайшие сроки постараемся дополнить и привести в порядок текст и все материалы сайта. Тысячи наших читателей будут вам благодарны!

November 19th, 2018, 05:11 pm

Очередные книги про Ярославль

Мое собрание книг по истории Ярославля пополнилось тремя интересными изданиями. Все они выходили в свет уже достаточно давно, однако в мое распоряжение — два из них в файловом формате PDF — попали только сейчас. 1. Левин Я.А. 100 деталей Ярославля. Ярославль, Издатель Александр Рутман, 2009. Исследовательский ракурс у книги необычный: автор изучает историю родного города через случайно сохранившиеся фрагменты архитектуры и городского быта. Как не странно, в Ярославле таких фрагментов сохранилось очень много: страховые таблички-клёйма, дворики с булыжными мостовыми, канализационные люки столетней давности и т.п. Почитаешь эту книгу, — и убеждаешься, что археология не обязательно подразумевает раскопы и работу с лопатой. Оказывается, есть в городской среде множество материальных анахронизмов, которые — в силу своей привязки к архитектуре и просто к комунальному хозяйству — продолжают существовать среди нас, а не уходят под землю, как какие-нибудь осколки керамики или монеты. Как следует уже из названия, автор собрал не менее 100 такого рода «деталей», каждой из которых посвящена маленькая глава данной книги. В своем очерке я размещаю фрагмент под названием «Лик в окне» (Деталь 82). Вот оно, то самое «модерновое» окно здания по адресу ул. Первомайская, 53. Удивительно то, что это окно с маскаронами каким-то непонятным образом пережило события июля 1918 г. 2. За окнами дома Иванова. Страницы ярославской истории: [сборник] / [сост. и авт. предисл. А. М. Рутман, Г. Г. Мозгова; подгот. текстов мемуаров Г. Г. Мозгова]. — Ярославль : Издатель Александр Рутман, 2008. «Дом Иванова» (ул. Чайковского, 4) — это известнейшее историческое здание Ярославля, которое принято считать самым старым памятником гражданской архитектуры города. Скорее всего оно было построено во второй половине XVII в. — на месте сгоревшего в 1658 г. деревянного дома. По преданию, в начале XVIII в. этот кирпичный особняк мог принадлежать семье «заводчиков» Затрапезновых, — и тогда получается, что именно в этом месте останавливался, бывая в Ярославле, сам Петр Первый. Однако это лишь предание, а исторические факты таковы, что в начале XX в. старинный дом находился в собственности купца Евграфа Иванова (отсюда «дом Иванова»). Книга, которую я здесь представляю, состоит из подробно откомментированных воспоминаний внука и внучки этого самого Евграфа Иванова — соответственно С.В. Владимирова и Н.В. Калининой. В них — история Ярославля накануне событий 1917 г., а также первых послереволюционных лет. Особую ценность представляют подробные сведения, сообщаемые Н.В. Калининой о трагических днях июля 1918 г. В своем очерке я публикую небольшой фрагмент, относящийся к последнему дню т.н. «ярославского мятежа». Это и есть «дом Иванова» (ул. Чайковского, 4), к которому по разрушенному артобстрелами Ярославлю пробиралась рассказчица. Дом действительно сильно пострадал во время «ярославского мятежа», но все-таки впоследствии был сохранен государством ввиду его исторической ценности. Трижды (1920-1928, 1959-1962, 1985-1987) в «доме Иванова» проводились ремонтно-восстановительные работы. 3. Трефолев Л.Н. Исторические произведения. Ярославль. Верхне-Волжское книжное издательство, 1991. Про Л.Н. Трефолева (1839-1905) — известного ярославского поэта — у меня был отдельный очерк в связи c разбором текста популярной народной песни «Когда я на почте служил ямщиком». Однако Трефолев был не только поэтом, но и журналистом-краеведом, — его статьи по истории Ярославля и Ярославкого края активно печатались при жизни автора. В них раскрывалась повседневная, часто очень неприглядная жизнь старого Ярославля. По убеждению автора, относительному благополучию города, имевшему место при Екатерине II и губернаторе Мельгунове, предшествовала мрачная, как не странно, елизаветинская эпоха. Ниже размещаю два очень показательных в этом смысле отрывка из большой трефолевской статьи «Ярославль при императрице Елизавете Петровне»:Толкование

Ярославский, Александр Борисович
Александр Ярославский
Александр Борисович Ярославский
Дата рождения:

9 (22) августа 1896(1896-08-22)

Место рождения:

Томск, Российская империя

Дата смерти:

10 декабря 1930(1930-12-10) (34 года)

Место смерти:

Соловки, СССР

Род деятельности:

поэт

Направление:

биокосмизм

Алекса́ндр Бори́сович Яросла́вский (9 (22) августа 1896(18960822), Томск[1] или Москва[2] — не позднее 10 декабря 1930, Соловецкие острова) — русский поэт, один из основоположников литературного течения «биокосмизм».

Биография

Гимназию окончил во Владивостоке. После окончания поступил в Петроградский университет на математический факультет, но был исключен за непосещение. Вернулся во Владивосток, где выпустил первую книгу в 1917 г. Во время военной интервенции в 1919—1920 гг. находился в тюрьме за революционную пропаганду. В 1920 г. Ярославский возглавлял культурно-просветительскую работу в отряде иркутского анархиста Н. Каландаришвили, печатал свои книги в его походной типографии. Далее его маршрут движения на запад можно проследить по сборникам его стихов, изданных в Иркутске (1920), Нижнеудинске и Чите (обе — 1921).

В книгах 1919—1921 годов поэт двигается от пацифистской темы к главной теме своей лирики середины 1920-х годов — идее личного бессмертия.

В Москву приезжает в 1922 году и сразу примыкает к группе биокосмистов. Начиная с 1922 года говорит в стихах о бессмертии не только для людей, но и для всего живого, об идее холодового анабиоза (в США это позже назовут крионикой) всего человечества, с тем, чтобы проснуться уже в новом, совершенном мире.[2]

Осенью 1922 г. в Петрограде на одном из вечеров биокосмистов знакомится со своей будущей женой, Евгенией Исааковной Маркон-Ярославской (1902—1931). Дочь филолога-гебраиста, она в том же 1922 году окончила университет (Бестужевские курсы).[1]

В ноябре 1922 года журнал А. Ярославского «Бессмертие» был закрыт Петроградским губисполкомом по обвинению в порнографии.

С конца 1922 г. до середины 1926 г. Ярославский с женой путешествуют по СССР. В конце сентября 1926 г. они выехали в Берлин. Там Ярославский организовал большую лекцию-диспут на тему «Россия и Москва» с критикой властей. В Берлине напечатал книжку своих стихов «Москва-Берлин». Затем Ярославские выехали в Париж, где прожили два месяца. Ярославский настоял на возвращении в СССР. «Еду в Россию расстреливаться… А если большевики меня не расстреляют, — тем лучше!»[1] На пароходе из Щецина вернулись в Ленинград.

В мае 1928 года Александр Ярославский был арестован, постановлением ОГПУ от 1 октября 1928 года приговорен к пяти годам заключения (ст. 58-4) и отправлен на Соловки. В СЛОН ОГПУ прибыл 4 ноября 1928 г. В лагере поэт был непопулярен как среди администрации (характеристика «Центральной арестантской комиссии» от 23 августа 1929 года: «От работы отлынивает, симулирует, требует постоянного наблюдения. Поведение плохое»)[3], так и среди заключенных, которые считали его сексотом[4].

Во время нахождения Ярославского под стражей в Москве жена писала апелляции и всячески поддерживала мужа. К этому времени она жила в воровской среде и надеялась создать «воровской уголовно-политический беспартийный комитет», который бы занимался освобождение из мест заключения «смертников», а затем и других крупных преступников[1]. К 1930 году она уже неоднократно арестовывалась за кражи, приговаривалась к высылке, сначала в Череповецкий округ, а затем в Сибирь. Из Сибири Евгения сбежала на Соловки, чтобы устроить мужу побег. Планы их раскрылись. За попытку побега Ярославский был приговорен к высшей мере наказания и расстрелян не позднее 10 декабря 1930 г. Евгения была осуждена и по совокупности приговорена к трём годам лагерей. Отбывала срок на Соловках, покушалась на жизнь начальника лагеря и там же была расстреляна по статье «терроризм» 20 июня 1931 года.[1][2]

Память

После смерти поэта его имя и творчество было предано забвению. Поэт Л. Мартынов в 1970-х годах вспоминал, как в начале 1920-х годов его впечатлила «книжка космических стихов» А. Ярославского: «откуда вынырнул и куда девался этот Александр Ярославский? Не знаю.»[5]

Д. Лихачёв в «Соловетских записях» (А. Солженицын в «Архипелаге ГУЛАГ» лишь повторяет эти записи) считает А. Ярославского сексотом: «предложение Ярославского [второй раз] стать антирел[игиозным] лектором и сексотом [мне кажется, что Ярославский – был тот самый; он вскоре был освобожден]»[4]. Однако Д. Лихачёв ошибается: Ярославский был вовсе не освобождён, а расстрелян, а под «тем самым», возможно, понимал известного в то время антирелигиозного лектора Емельяна Ярославского.

Библиография

Стихи[6]

  • Великолепное презрение: Шестая книга стихов. Чита: Дракон, 1921.
  • Грядущий потоп: Поэма. Владивосток: Тип. «Комерческая», 1919. — 20 с.
  • Звёздный манифест: Стихотворения. Владивосток, 1918. — 15 с.
  • Корень из Я. Посвящение Евгении Марон. Л-М.: Биокосмисты, 1926. — 272 с. — 4000 экз.
  • Кровь и радость. Иркутск: Изд. Культурно-просветительского отдела при отряде Каландаришвили, 1920. — 15 с.
  • Миру поцелуи. Пг.: Ком. поэзии Биокосмистов-имморталистов. (Сев. группа), 1923. — 14 с. — 2000 экз.
  • Москва Берлин. — Берлин: Биокосмисты, 1927. — 32 с.
  • На штурм вселенной. Пг.: Ком. поэзии Биокосмистов-имморталистов, 1922.
  • Окровавленные тротуары: Стихи. Сборник пятый. В.-Удинск: Изд. Бюро печати Дальневосточной республики, 1921. — 48 с.
  • Плевок в бесконечность. Владивосток: Изд. Дальневосточного союза профсоюзов, 1917.
  • Поэма анабиоза. Пг.: Ком. поэзии Биокосмистов-имморталистов. (Сев. группа), 1922. — 14 с. — 2000 экз.
  • Причёсанное солнце. Чита: Дракон, 1921. — 24 с.
  • Сволочь Москва. М.: Супрадины, 1922. — 32 с.
  • Святая бестиаль. Пг.: Ком. поэзии Биокосмистов-имморталистов. (Сев. группа), 1922. — 15 с. — 2000 экз

Проза

  • Аргонавты Вселенной: Роман-утопия. М.-Л.: Биокосмисты, 1926.
  • Пролетарии — в небо: [Рассказ] // Советская правда (Челябинск), 1923. № 149.

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 Евгения Ярославская-Маркон. «Клянусь отомстить словом и кровью…» // Звезда. 2008, № 1
  2. 1 2 3 Журнал «Weekend», № 37 (133) от 25.09.2009
  3. цитата по: http://lucas-v-leyden.livejournal.com/92633.html
  4. 1 2 Лихачев Д. С. Воспоминания. — СПб. : Logos, 1995
  5. Мартынов Л. Забытые поэты //Стоглав /Дар будущему. М., 2008.
  6. Тарасенков А. К. Русские поэты XX века. 1900—1955: Электронное издание справочника А. К. Тарасенкова (1966), испр. и доп.

Ссылки

  • Генис В.Л. Неверные слуги режима: Первые советские невозвращенцы (1920-1933). Опыт документального исследования. Кн.1. М., 2009. Гл.15. Корень из Я, или Аргонавты Вселенной. (А. и Е.Ярославские: поэзия, любовь, гибель.) С.378-439. ISBN 978-5-8107-0238-2
  • Журнал «Weekend», № 37 (133) от 25.09.2009 или более подробное описание в дневнике livejournal «Летейская библиотека — 44».
  • Ярославская-Маркон Е. «Клянусь отомстить словом и кровью…» // Звезда. 2008, № 1.
  • Биография и стихотворение «Есенин на Тверском».

Категории:

  • Персоналии по алфавиту
  • Писатели по алфавиту
  • Родившиеся 22 августа
  • Родившиеся в 1896 году
  • Родившиеся в Томске
  • Умершие 10 декабря
  • Умершие в 1930 году
  • Умершие в Архангельской области
  • Поэты по алфавиту
  • Поэты XX века
  • Родившиеся в Москве
  • Русские поэты
  • Репрессированные в СССР
  • Русский космизм
  • Казнённые писатели
  • Расстрелянные в СССР

Смотреть что такое «Ярославский, Александр Борисович» в других словарях:

  • Ярославский, Александр Борисович — (1896 после 1929). Рус. сов. писатель, поэт, журналист, более известный произв. др. жанров; один из основоположников лит. течения «биокосмизма». В 1920 г. сражался в отряде анархистов в Сибири, затем жил во Владивостоке, Улан Удэ, где… …   Большая биографическая энциклопедия

  • Ярославский, Александр — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Ярославский. Ярославский, Александр Борисович (1896 1930)  русский поэт, один из основоположников литературного течения «биокосмизм». Ярославский, Александр Владиленович… …   Википедия

  • Плетнёв, Александр Борисович — Александр Плетнёв Имя при рождении: Александр Борисович Плетнёв Дата рождения: 1964 год(1964) Место рождения: Саратов, СССР …   Википедия

  • Ярославский — Содержание 1 География 2 Фамилия 3 Прочее 4 См. также …   Википедия

  • Александр Михайлович Тверской — Александр Михайлович Александр Михайлович в Твери …   Википедия

  • Александр Михайлович (князь тверской) — Александр Михайлович Тверской Александр Михайлович Александр Михайлович в Пскове …   Википедия

  • Александр Михайлович (князь владимирский) — У этого термина существуют и другие значения, см. Александр Михайлович. Александр Михайлович …   Википедия

  • Ярославский государственный педагогический университет имени К. Д. Ушинского — Проверить нейтральность. На странице обсуждения должны быть подробности …   Википедия

  • Список писателей-фантастов СССР, России и СНГ —   Это служебный список статей, созданный для координации работ по развитию темы.   Данное предупреждение не ус …   Википедия

  • Отечественные писатели-фантасты —       Служебный список статей, созданный для координации работ по развитию темы.   Данное предупреждение не устанавл …   Википедия

Культура  ->  Литература  | Автор: | Добавлено: 2015-05-28

Ярославская земля – одно из старейших и интереснейших «культурных гнёзд». Неслучайно именно здесь сохранилась рукопись «Слова о полку Игореве», здесь возник первый русский театр, вышел первый в России провинциальный журнал, основана одна из первых типографий. Пушкин и земля Ярославская Правомерно ли соединять имя великого поэта с нашим краем? Ведь известно, что Александр Сергеевич никогда не был в Ярославской губернии. И всё-таки правомерно! Хотя бы потому, что немало наших земляков было среди друзей и знакомых Пушкина. Да и среди героев его произведений есть много исторических лиц, чья жизнь и деятельность связаны с землей Ярославской.

Хочется познакомить вас с некоторыми интереснейшими фактами. Например, очень крепкая дружба была у Александра Сергеевича Пушкина с декабристами, среди которых и выходец из Ярославской губернии, дворянин Д. А. Шепин-Ростовский (1798-1858), член Северного тайного общества, офицер Московского полка. Предполагается, что похоронен в имении своей матери под Ростовом в селе Ивановка, где жил с 1856 года. В наше время село уже не существует.

Крупным имением владел в Любимском уезде Ярославской губернии офицер конногвардейского полка Александр Иванович Одоевский. Напомню, что именно ему принадлежит ответ на стихотворное послание Пушкина «Во глубине сибирских руд», которое поэт передал декабристам с А. Г. Муравьевой, отъезжавшей из Москвы к мужу на каторгу в начале 1827 года XIX века. Одоевский прозорливо предвещал Пушкину из ссылки:

Своей судьбой гордимся мы

И за затворами тюрьмы

В душе смеёмся над царями.

Наш скорбный труд не пропадет:

Из икры возгорится пламя.

А вот ещё один интересный факт. Участником восстания 1825 года на Сенатской площади был близкий друг Александра Сергеевича А. П. Зубков (1789-1862). После восстания его сослали на родину, в село Глебово Рыбинского уезда, где и жил у брата. Сохранилось несколько писем Пушкина к Зубкову. Вот текст одного из них: «Я надеялся увидеть тебя и ещё поговорить с тобой до моего отъезда; но злой рок мой преследует меня во всем том, чего мне хочется. Прощай же дорогой друг, — еду похоронить себя в деревне до первого января,- уезжаю со смертью в сердце». Письмо было датировано ноябрем 1826 года. Месяц спустя, 1 декабря, Пушкин вновь пишет Зубкову из Пскова в Москву: «Дорогой Зубков, ты не получил письма от меня, — и вот поэтому объяснение: я хотел сам явиться к вам, как бомба, 1 декабря, то есть сегодня, и поэтому выехал 5-6 дней тому назад из моей проклятой деревушки на перекладной из-за отвратительных дорог. Псковские ямщики не нашли ничего лучшего, как опрокинуть меня; у меня помят бок, болит грудь, и я не могу дышать Довольно об этом, жду, чтобы мне стало хоть немного лучше, дабы пуститься дальше на почтовых. Оба твои письма прелестны: мой приезд был бы лучшим ответом на размышления, возражения и т. д. Но раз уж я застрял в псковском трактире (), — поболтаем, то есть поразмыслим. Мне 27 лет, дорогой друг. Пора жить, т. е. познать счастье». Мы знаем, что Пушкин сватался к сестре жены Зубкова, своей однофамильце Софье Федоровне Пушкиной. Но юная Софи не оценила ухаживания поэта. Предчувствия не обманули его: он получил отказ от Софьи Федоровны. Позже она вышла замуж за В. А. Панина.

С Ярославской землей были связаны многие годы жизни и другого друга Пушкина – Николая Михайловича Коншина (1793-1859), хотя родился он в Костроме. В 1831 году он занимал должность правителя канцелярии главноуправляющего Царским Селом. В то время Коншин просил Пушкина помочь ему в получении освобождавшегося места директора гимназии и училищ Тверской губернии. 21-22 декабря 1836 года поэт по этому поводу пишет Коншину из Петербурга в Царское Село: «С Уваровым – увы! Я не в таких дружеских отношениях; но Жуковский, надеюсь, все уладит». Хлопоты об этой должности привели Н. М. Коншина к поэту в роковой день дуэли — 27 января 1837 года. Так Коншин становится одним из последних, кто видит Пушкина живым. Устный рассказ его об этой встрече позже записал другой наш земляк, журналист и поэт, краевед и земский деятель Леонид Николаевич Трефолев. По воспоминаниям Коншина Александр Сергеевич в тот день был в страшном возбуждении, но нашел в себе силы вести беседу и сделал для Коншина всё возможное. Трефолев потом напишет: «Пушкин и здесь верен сам себе». Прошло несколько лет. Возникла необходимость в новом директоре Ярославского Демидовского лицея. На эту должность был назначен Николай Михайлович Коншин. Он способствовал расцвету этого высшего учебного заведения. Много сил и энергии отдавал распространению просвещения на земле Ярославской и через всю жизнь пронес светлую память об Александре Сергеевиче Пушкине. Как святыню, он сохранял портрет его в своем кабинете, пока не ушёл в отставку в возрасте 63 лет.

А теперь я предлагаю перелистать страницы дневников Александра Ивановича Тургенева, которого судьба поставила в начале и в конце творческой биографии Пушкина. В 1811 году он помог Василию Львовичу Пушкину устроить племянника в Царскосельский лицей, а в 1837 году сопровождал по приказу Николая I убитого опального поэта в Святогорский монастырь. С этими событиями связано еще одно имя из Ярославской губернии. Частым гостем во многих семьях литературных деятелей вместе с Пушкиным был и наш земляк Павел Петрович Свиньин. Родился он в селе Смоленском под Переславлем – Залесским в 1788 году, Пушкина пережил всего на 2 года. Свиньин, пожалуй, — одна из колоритных фигур среди друзей и знакомых Пушкина по Ярославскому краю. Дипломат и воин (он участвовал в Бородинском сражении), художник и писатель, очеркист, издатель и просветитель, коллекционер и путешественник. Увлечения его были разносторонни, разнообразны. Но чем бы он ни занимался, в любом деле достигал мастерства. Оставив дипломатическую деятельность, Свиньин купил журнал «Отечественные записки», увлёкся издательской и журналистской деятельностью. Потом он привлек в журнал В. Г. Белинского и многих других передовых людей своего времени. Так он способствовал поиску талантливых самоучек из народа, помогая развить им способности. Среди тех, кого «открыл» Свиньин, был крестьянский поэт Федор Николаевич Слепушкин (1783-1848), тоже наш земляк и тоже один из знакомых Пушкина, в судьбе которого Александр Сергеевич принял деятельное участие. Родом из деревни Малое Мочино Романовского уезда, в 1803 году Слепушкин переехал в Петербург, где открыл небольшую продуктовую лавку. В свободное от торговли время он писал стихи и рисовал с натуры. Именно Свиньин, восхищённый впоследствии стихами Слепушкина, поместит многие из них и ещё три басни в «Отечественных записках». Вскоре у него выйдет первая книга, имеющая большой успех. Александр Сергеевич Пушкин, находившийся в то время в ссылке в Михайловском, писал 20 февраля 1826 года в Петербург А. А. Дельвигу: «у него (Слепушкина) истинный, свой талант: пожалуйста, пошлите ему от меня экз. «Руслана» и моих «Стихотворений» — с тем, чтоб он мне не подражал, а продолжал идти своею дорогою». Александр I наградил крестьянина-поэта и художника шитым золотом кафтаном и золотыми часами. Российская Академия наук – золотой медалью с надписью «Приносящему пользу русскому слову». О Федоре Николаевиче Слепушкине писали в Англии, Германии, Франции, но поэт-самоучка оставался крепостным. В кругах, близких Пушкину, родилась мысль о его выкупе. Александр Сергеевич Пушкин писал по этому поводу своему псковскому приятелю поэту Ивану Ермолаевичу Великопольскому: «Стихотворения Слепушкина получил и перечитываю всё с большим и большим удивлением. Ваша прекрасная мысль об улучшении состояния поэта-крестьянина, надеюсь, не пропадёт». Именно Слепушкин открыл в русской литературе новую страницу: его книги были первыми книгами крестьянина о крестьянах. Темы и образы, раскрытые позже Кольцовым, Никитиным впервые встречаются именно у Слепушкина.

Еще один ярославец, знакомый А. С. Пушкина, — крестьянин из села Ваулова Егор Семенов. Он служил в одной из московских гостиниц, где нередко бывали Пушкин и его друзья. Поэт часто разговаривал с Егором, учил его французскому языку, а когда тот уехал обратно в деревню, писал ему письма, посылал стихи. Как святыню, берег их Семенов. К сожалению, письма и стихи сгорели во время пожара. Может быть, именно поэтому факт общения Пушкина с ярославским крестьянином мало известен пушкинистам. Прочесть об этом можно в редкой книге А. Свирищевского «А. С. Пушкин в сельском населении и школе Ярославской губернии», которая издана в Ярославле в 1899 году.

А теперь обратимся к некоторым произведениям А. С. Пушкина. Вот строфа из «Полтавы». Петр I объезжает свои войска, приготовившиеся к бою:

И он промчался пред полками,

Могущ и радостен, как бой.

Он поле пожирал очами.

За ним вослед неслись толпой.

Сии птенцы гнезда Петрова —

В пременах жребия земного,

В трудах державства и войны

Его товарищи, сыны:

И Шереметев благородный,

И Брюс, и Боур, и Репнин

К Ярославской земле из перечисленных имеют прямое отношение два «птенца гнезда Петрова». «Шереметев благородный» — это известный сподвижник Петра I фельдмаршал Борис Петрович Шереметев (1652-1719). С 1706 года он владел Юхотской волостью, территория которой захватывала наш Большесельский район, некоторые части Угличского, Рыбинского и Борисоглебского. В состав Юхотской волости входили села Большое, Новое, Покровское, Никольское, шесть погостов и 432 деревни. Б. П. Шереметев был хозяином этой местности.

С именем другого известного полководца из поэмы «Полтава» Аникиты Ивановича Репнина (1668-1726) связано гаврилов-ямское село Великое нашей Ярославской области, через которое проходила дорога из Ярославля в Ростов. По ней проезжал Петр I, неоднократно посещавший наш город. Он подарил село Великое А. И. Репнину в личное владение. Память о том – летняя церковь, выстроенная в селе в 1712 году в честь победы над шведами под Полтавой.

Обратимся теперь к повести А. С. Пушкина «Дубровский». Где жили его герои? Автор указывает лишь название села, где находилось поместье Кириллы Петровича Троекурова, — Покровское. А где оно располагалось? Оказывается, на земле Ярославской, точное название его Бурмакино. Во всяком случае, вот что пишет Н. С. Борисов в книге, вышедшей в 1984 году «Окрестности Ярославля»: «Село Бурмакино в XVII столетии – центр обширных владений Троекуровых – потомков ярославских удельных князей. Самым известным среди них стал Федор Иванович Троекуров (1667- 1695). Отважный воевода, любимец Петра I. Род Троекуровых угас в середине XVIII века. Новую литературную жизнь этой фамилии дал А. С. Пушкин – это имя старого барина- крепостника Кириллы Петровича Троекурова в повести «Дубровский».

Примерно километрах в двадцати от Ярославля находится небольшое село Печелки. Оно тоже связано с именем Александра Сергеевича Пушкина, а точнее рода Пушкиных. В начале XVII века оно принадлежало князю Василию Телятевскому. С 1620-ого года селом владели братья Борис и Иван Пушкины, племянники знаменитого деятеля Смутного времени Гаврилы Григорьевича Пушкина, изображённого Александром Сергеевичем в драме «Борис Годунов». Отец братьев Пушкиных, Григорий Григорьевич Сулемша, участвовал в ополчении Минина и Пожарского. В 1612-1614 годах был воеводой в Вологде, а в 1616-1618 годах – в Ярославле. Видимо тогда и получил он во владение село Печелки и соседнее село Аббакумцево, перешедшее со временем к его сыновьям Борису и Ивану.

Я с гордостью могу сказать, что с Ярославской землёй прямо и косвенно связаны имена многих выдающихся людей. Мать Александра Сергеевича Грибоедова имела усадьбу в селе Пружанино, что недалеко от Ярославля. Около двух лет в нашем городе жил сын известного писателя С. А. Аксакова – поэт, публицист Иван Сергеевич Аксаков. А кто не знает сатирика Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина, великого А. В. Сухово-Кобылина. Именно наблюдения за жизнью ярославского крестьянства послужили материалом для их произведений. Чудесную природу родного края, одарённых и красивых людей любил известный драматург Александр Николаевич Островский, бывавший в Ярославле, Костроме, гостивший у Н. А. Некрасова в Карабихе. Проездом из Сахалина в Сибирь был на ярославщине и А. П. Чехов. Удивительно! Да! И это еще далеко не все имена

Особую гордость мы испытываем, когда произносим имя А. С. Пушкина, ведь он самый известный, самый любимый многими поэт. Читаешь его произведения, и вдруг в строчках, которые, казалось, были давным-давно и хорошо знакомы, открываешь для себя что-то новое. Правильно утверждают пушкинисты: процесс открытия для себя творчества поэтов и писателей, в том числе Пушкина, никогда не закончится. Попытка взглянуть на жизнь и поэзию с точки зрения его связей с землей Ярославской и ярославцами – тоже одна из форм его открытия. Н. В. Гоголь когда-то писал: «Пушкин есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа: это русский человек в его развитии В нем русская природа, русская душа, русский язык, русский характер». Поэтому беречь творения великого человека, чтить его память – долг каждого из нас.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Максим Коновалов
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий